Сергей Тимофеев (по прозвищу Сильвестр) - известный криминальный авторитет российской истории времен перестройки, главарь Ореховской ОПГ, основанной в 1986 году в городе Москве. Приобрел широкую известность своим враждебным и радикально настроенным отношением к участникам и лидерам кавказских организованных преступных группировок.

Сергей Тимофеев: биография

Родился 18 июля 1955 года в деревне Клин, Новгородская область (СССР). Был скромным и неприметным мальчиком, учился в среднеобразовательной школе и параллельно подрабатывал в колхозе своей родной деревни трактористом. В юные годы парень активно увлекался спортом: регулярно проводил утренние пробежки, занимался на турниках, а в домашнее время тягал гантели. В 1-8-летнем возрасте пошел в армию, служил в в Москве. В 1975 году Сергей Тимофеев был демобилизован, и вскоре парень решает остаться в столице. Вместе с лучшим другом они заселяются в общежитии в окрестностях Орехово-Борисовского района.

В поисках себя

Живя в «белокаменной», Тимофеев начал увлекаться искусством рукопашного боя, и вскоре начал работать тренером в ЖКХ Главмосстроя. Совсем скоро Сергей женится и меняет место жительства. Теперь он проживает на Шипиловской улице. Вскоре будущий Сильвестр заканчивает со спортом, однако продолжает поддерживать свою физическую силу в тонусе и параллельно занимается частными перевозками. Понимая, что работая в данной сфере, больших денег на жизнь не заработаешь, Тимофеев ищет другие пути самореализации.

Начало криминальной деятельности

В 1984-1985 годах Тимофеев Сергей Иванович связывается с «ореховской» шпаной и организовывает бизнес - парни занимаются напёрстничесвом. В этот период был положен старт криминальной деятельности Тимофеева. Будучи властным, физически подготовленным и строгим мужиком, Сильвестр активно приобщает к своей банде другие лица. Сюда входили представители множества популярных на то время нелегальных профессий - автоугонщики, наперсточники, частные извозчики и многие другие. Банда из южной окраины Москвы начинает быстро приобретать авторитет и оказывать влияние на всю столицу. Сюда быстрыми темпами подтягивается шпана Орехово-Борисовского района, которую начал привлекать младший брат Тимофеева по кличке Иваныч-младший.

Закон «О Кооперации» и борьба с кавказцами

Горбачевский закон «О Кооперации», так сказать, «превратил» преступную группировку в легальную организацию. Состав группировки был преимущественно из крепких парней и бывших спортсменов (поговаривают, что в банду Сильвестера вступали бывшие сотрудники КГБ и ГРУ). Основной род деятельности Тимофеева и его армии головорезов был рэкет.

Тимофеев Сергей Иванович (Сильвестр) крайне негативно относился к «цветным» организованным преступным группировкам. В конце 80-ых бригада Сильвестра уже имела несколько серьезных конфликтов с представителями чеченских ОПГ, которые стремительно завоевывали московский рынок «Южный порт». Лидер «ореховских» отчаянно и бесстрашно с ними воевал. Амбициозный Сильвестр боролся не только за кусочек лакомого криминального пирога, но и «за идею». По неофициальным данным за это его уважали местные правоохранительные органы.

Для того чтобы укрепить свои позиции и уверенно ликвидировать кавказцев из криминального мира, Тимофеев заводит знакомство с главарем «Солнцевской» банды Сергеем Михайловым по кличке Михась. Объединившись вместе, они вели жестокую войну против «цветных» группировок.

Первое тюремное заключение

В 1989 году Тимофеев Сергей Иванович вместе с подельниками Сергеем Михайловым, Виктором Аверним и Евгением Люстарновым были взяты под арест с выдвинутым обвинением о вымогательской деятельности с кооператива «Фонд». В ходе следствия и разбирательств все кроме Тимофеева смогли спастись от тюремного заключения. Лидеру Ореховской ОПГ Сильвестру присудили три года.

По некоторым слухам Тимофеев вымогал деньги у самого Владимира Кузьмина (российский певец), который на тот момент был в отношениях с Аллой Пугачевой. Для времен конца 80-х и начала 90-х это была стандартная практика - каждая прибыльная деятельность должна быть «под крышей». Не удивительно, почему некоторые известные эстрадные артисты имеют непосредственное отношение к авторитетам криминального мира.

Деятельность Сильвестра и его бригады

Сергей Тимофеев отсидел не полный срок, а только его половину. В 1991 году вышел на волю по Тимофеев сразу продолжил свою активную криминальную деятельность, и уже вскоре смог объединить множество мелких банд, действовавших в Орехово-Борисовском районе города Москвы. Банда превращается в высокоорганизованную криминальную структуру, которая подчиняет себе множество крупных заведений и организаций (ночные клубы, кафе, рестораны, автомастерские, ремонтные службы и др.) на Юго-Западе Москвы. Деятельность Ореховской группировки разворачивалась криминальными войнами против соседних банд, они стремились завоевать как можно больше московской территории.

Сергей Тимофеев по кличке Сильвестр стал известен не только в пределах столицы, но и во всем СНГ. По некоторым неофициальным данным есть информация, что Тимофееву предлагали вступить в ряды «воров в законе», но по непонятным причинам Сильвестр проигнорировал данное предложение от «верхов» криминального мира.

К вершинам криминальной иерархии

Авторитетные персоны преступного мира СНГ начали интересоваться личностью Тимофеева. Так ему довелось познакомиться с такими известными ворами как Мишка Япончик, Петров Алексей Динарович (по кличке Петрик), Хачидзе Джамал Константиновичем (Джамал), Павел Цируль (Цируль) и Отари Квантришвили. Дружба и совместные дела привели Сильвестра к вершинам криминальной конъюнктуры.

Теперь возможности Сергея Тимофеева стали еще больше, он становится настоящим московским «Дон Жуаном». Большие деньги и власть интегрируют в его жизнь роскошь и вседозволенность. Для решения некоторых конфликтов Сильвестр мог обратиться за помощью к Измайловской, Гольяновской, Таганской и Перовской ОПГ. Помимо этого, Тимофеев сотрудничал с преступными бригадами из Зауралья, которые предоставляли ему собственные земли для бизнеса.

Заказные убийства

В начале 1992 года взял в жены Ольгу Жлобинскую и стал гражданином Израиля. Чуть позже его жена Ольга заняла должность генерального директора «Московского торгового банка», в который были вложены средства коммерции автомобильного всероссийского альянса Бориса Березовского в 1994 году. В итоге банк долгое время не выплачивал средства Березовскому. В 1994 году у Тимофеева развязался конфликт с некоторыми авторитетными лидерами московских преступных группировок, а так же и с кавказцами. Целеустремленный Сильвестр убирал всех конкурентов, стоящих на его пути. Впоследствии он начал проявлять свой интерес к нефтяному бизнесу, из-за чего имел разногласия с Обоюдная цель завладеть Туапсинским нефтепромышленным заводом привела к тому, что Тимофеев заказал убийство Квантришвили в 1994 году.

В 1993 году Тимофеев вступил в конфликт с кавказским криминальным авторитетом по кличке Глобус. Воры одновременно преследовали одну и ту же цель - завладеть правами собственности ночного клуба «Арлекино». По классике жанра Тимофеев решил ликвидировать конкурента, обратившись к наемному убийце Александру Солонику.

В июне 1994 года было организовано посягательство на жизнь самого Бориса Березовского. Автомобиль олигарха был заминирован и взорван - водитель погиб, а сам Березовский отделался ранением средней тяжести. Этот факт привлек к себе максимальный интерес со стороны прессы и общественности. Президент российской федерации впервые официально заявил о том, что в России царит криминальный «беспредел».

Сергей Тимофеев Сильвестр: криминальный авторитет взорвался в собственном автомобиле

13 сентября в 1994 году в 19-00 по московскому времени была взорвана машина «Мерседес-Бенц», в которой погиб сам лидер «ореховских». Как утверждает следствие, в авто была заложена взрывчатка. Сам взрыв был осуществим с помощью радиосигнала, когда Тимофеев воспользовался услугами сотовой связи по мобильному телефону.

До сих пор неизвестно, кто совершил покушение на Тимофеева. Существует множество вариантов и мнений, которые противоречат друг другу. И это неудивительно, потому как у Сергея Тимофеева было очень много врагов и недоброжелателей.

Преступник, лидер ореховской преступной группировки, возникшей в Москве в 1988 году. Известен по кличке Сильвестр.

Родился 18 июля 1955 года в деревне Клин Боровичского района Новгородской области. После окончания школы работал трактористом в колхозе. В 1975 году переехал в Москву, где начал работать спортивным инструктором в управлении жилищно-коммунального хозяйства Главмосстроя. В начале 1980-х годов вступил в преступную группировку рецидивиста Ионицы из Орехово-Борисово. Постепенно Тимофеев приобретал всё большее влияние в группировке. К концу 1980-х ореховская группировка поставила под контроль шулеров на Юге и Юго-Западе Москвы, несколько кооперативов по ремонту автомобилей и продаже запчастей, а также несколько ресторанов.

В 1989 году был арестован по обвинению в вымогательстве, был приговорён к трём годам лишения свободы в колонии усиленного режима.

Григорий Лернер, познакомивший Тимофеева с его будущей женой, отмечал: «Когда я открыл первый кооператив в 1987 году, на меня наехали „ореховские“. Через два часа общения мы с Сергеем Ивановичем подружились. У меня были с ним очень теплые отношения. Никаких денег я ему не платил и доли в бизнесе не отдавал. Иногда я консультировал по его просьбе коммерсантов, вот и весь наш бизнес».

В 1992 году женился на Ольге Жлобинской и получил гражданство Израиля. Позднее Ольга Жлобинская возглавила «Московский торговый банк», где в 1994 году коммерческая структура Бориса Березовского «Автомобильный всероссийский альянс» разместила денежные средства. Банк задержал выплату денег Березовскому.

7 июня 1994 года на Новокузнецкой улице у здания «ЛогоВаза» был взорван заминированный автомобиль, в момент когда рядом проезжал Березовский. В результате взрыва погиб его водитель, сам Березовский получил ранения. Покушение на Березовского вызвало резонанс в СМИ, президент Ельцин заявил о «криминальном беспределе в России», и вскоре «Московский торговый банк» вернул средства Березовскому.

14 июня Ольга Жлобинская и нескольких человек из преступной группировки Тимофеева были задержаны московским РУБОПом. 17 июня была взорвана бомба в офисе «Объединенного банка», основным акционером которого являлся «ЛогоВаз».

13 сентября 1994 года Тимофеев погиб на месте в «Мерседесе», который был взорван посредством радиоуправляемого устройства возле здания банка на 3-ей Тверской-Ямской улице в центре Москвы. По воспоминаниям одного из ближайших сподвижников Сильвестра, бомба могла быть заложена в машину, когда она находилась в мойке. По оценкам специалистов ФСБ, масса тротилового заряда, прикрепленного магнитом к днищу автомобиля, равнялась 400 граммам. Взрыв произошел, как только Сильвестр сел в машину и начал разговаривать по телефону. Корпус сотового телефона отбросило взрывной волной на 11 метров.

Лихие 90-е - страшное и удивительное время. На руинах СССР за считаные годы одной из самых влиятельных сил стали организованные преступные сообщества (ОПС). Безжалостные и беспощадные, они проникали во все сферы жизни, жестоко устраняя любые преграды на своем пути. Сегодня все это в прошлом, но отзвуки «золотого века ОПС» до сих пор попадают в криминальные сводки. открывает цикл публикаций, посвященных самым одиозным фигурам преступного мира 90-х годов. И первый «герой» - , простой новгородский тракторист, превратившийся в грозного Сильвестра и завоевавший преступный трон Москвы.

На пути к «успеху»

…18 июля 1955 года в деревне Клин Новгородской области родился мальчик, которого назвали Сережей. С детства отличался ответственностью: хорошо учился, потом честно работал в колхозе трактористом. Когда пришла пора служить в армии, Тимофеев оказался в элитном кремлевском полку - а туда брали только с абсолютно чистой анкетой. По окончании службы, в 1975 году, Тимофеев остался в Москве, устроившись на работу спортивным инструктором в управлении ЖКХ - за скромную зарплату, по лимиту. Прописали в общежитии в Орехово-Борисове. И на этом светлые страницы его биографии заканчиваются...

К 1980-м годам комсомол окончательно забюрократизировался. Эта потеря репутации привела к тому, что в спальных районах возникали неформальные молодежные товарищества, по давней московской традиции получавшие названия по местам своего обитания: солнцевские, ореховские, измайловские, люберецкие... Их объединяли любовь к спорту, особенно - «к железу» (тяганию штанги) и уверенность в плече товарища. В Орехово-Борисове Тимофеев, будучи инструктором спортивной подготовки, возглавил одну из таких группировок: крепкие местные ребята (не только дети лимитчиков, но и коренные жители) безоговорочно признали авторитет тренера. Его блестящие организаторские способности, незаурядный ум и ореол «солдата кремлевского полка » вызывали заслуженное уважение.

Постепенно ореховские обретали вес в неформальном столичном (и подмосковном) мире. Им уже было мало столкновений «стенка на стенку», из которых они неизменно выходили победителями. Да и милиция научилась быстро пресекать подобные драки. И к середине 80-х, еще до перестройки, Тимофеев и его бойцы потихоньку начали задумываться о том, как зарабатывать деньги тем, что умели - силой и братством. Тем более что именно в рабочих кварталах Москвы контраст между реальной жизнью и байками, которые рассказывали партийная и комсомольская печать, особенно бросался в глаза. И здесь, а не в элитных районах Дорогомилово и Переделкино, выросли поколения, радостно приветствовавшие перестройку, объявленную и лично генеральным секретарем Горбачевым.

Ореховские, как и многие другие спортивные товарищества, следуя примеру революционных солдат и матросов, постепенно брали власть «в низах» в свои руки. На первых порах Тимофеев со товарищи обложили данью проституток в барах, в гостиницах и на стоянках дальнобойщиков. Но вскоре сама история подкинула этим «джентльменам удачи» настоящую золотую жилу: 26 мая 1988 года Верховный Совет СССР принял легендарный закон «О кооперации». Повсеместно открывались (или легализовывались) частные производства, а рынки превратились в центры притяжения: наряду с колхозниками, туда устремились и первые советские предприниматели. Ну а следом - мошенники.

Как многие банды, ореховские активно промышляли карточным шулерством и игрой в наперстки. Именно с наперстками связан любопытный эпизод в истории ОПС. Правила игры просты: три наперстка, в одном из них спрятан шарик. Надо угадать, в каком. Это пример классического развода на деньги: вначале игрок ставит немного - и выигрывает, ставит еще - и снова в плюсе. Разгоряченный успехом, решается на крупную ставку - и проигрывает. Но не потому, что не угадал, под каким наперстком шарик, а потому, что шарика на столе для игры вообще нет, его уже убрали ловкие руки. И жертва развода остается ни с чем.

Однажды в организованную ореховскими игру в наперстки включились азербайджанцы с крупного рынка - и проиграли. Но торговцы догадались, что их обманули, и решили поставить ореховских на место; к азербайджанцам на помощь быстро пришло мощное подкрепление. В противостоянии с представителями диаспоры, влиятельной на всех крупнейших рынках столицы, Тимофеев и его товарищи потерпели позорное поражение. И лидер ореховских объявил азербайджанцам, а также другим «лицам кавказской национальности» войну. А ведь гости с юга играли тогда ведущую роль в теневой экономике страны.

Бандитское Эльдорадо

Закон о кооперации наделил граждан страны Советов правом объединяться и создавать кооперативы с использованием наемного труда. Результат не заставил себя долго ждать: торговля расцвела, открылись частные ателье, кафе и рестораны. У всплеска предпринимательской инициативы была и обратная сторона: в одном лишь 1988 году только в Москве в милицию было подано 600 заявлений о вымогательстве. Очень быстро в общественный лексикон вошло американское слово «рэкет».

Со временем ореховские, как и другие группировки, от мелких предпринимателей переключились на крупные кооперативы с серьезным оборотом, торговавшие компьютерами, бытовой техникой, развивавшими крупные производства. Бандиты не знали жалости: раскаленный утюг на живот, паяльник в физиологические отверстия, избиение ребенка на глазах родителей было обычным делом. Внутри банды даже за мелкую провинность выносился смертный приговор, причем обязательно объявлялся прилюдно.

Кадр: «Россия 1»

Ореховские отличались особой жестокостью. Тогда, в эпоху становления ОПС Сергея Тимофеева называли Трактористом - и дело было не только в его бывшей профессии, а еще и в том, что любую преграду на пути он устранял жестко и быстро - будто трактором. Но в криминальную историю России Тимофеев вошел под другой кличкой - Сильвестр: она закрепилась за главой ореховских из-за его любви к Рэмбо и Рокки и из-за прически, похожей на ту, что носил исполнитель этих ролей, знаменитый голливудский актер .

За несколько эпизодов вымогательства Сильвестр угодил в №2 - «Бутырку». Проведя там два года, в 1991-м он оказался на свободе, поскольку самый гуманный советский суд постановил: срок он уже отбыл за время следствия. На самом деле ему светило девять лет лишения свободы. Не исключено, что Сильвестр пошел на сделку с милицией, что в будущем лишь способствовало росту его могущества. Тогда же заговорили о влиятельных покровителях из КГБ - однополчанах Сережи Тимофеева. И о скромном трехэтажном домике в Крыму, куда переселился судья по его делу.

Влияние Сильвестра в столице стремительно росло. А в начале 1993 года ореховские объединились с другим крупным ОПС, географически и идейно близким - с солнцевскими. Альянс позволял бандитам крепче стоять против конкурентов. Возглавивший объединение Сильвестр контролировал все аспекты жизни ОПС, вплоть до имиджа ее членов. Если поначалу ореховские носили спортивные штаны и кожаные куртки, то позже, когда в сфере их интересов оказался крупный бизнес, Тимофеев призвал своих соратников надеть костюмы, свести татуировки и уйти от золотых зубов. Внешний вид ореховских должен был быть максимально интеллигентным. Они набирали силу, что устраивало далеко не всех в криминальных кругах столицы, где сферы влияния всегда были четко поделены.

Первая кровь

Одной из первых крупных фигур, вставших на пути Сильвестра, был вор в законе Валерий Длугач, известный в криминальных кругах как Глобус. Его, украинца, активно поддерживали представители кавказской уголовной элиты, чьи позиции в то время были очень сильны по экономическим показателям: именно в южных регионах СССР было больше всего «цеховиков», которые после принятия закона «О кооперации» легализовались и стали приносить большую прибыль своим покровителям. Длугач полностью соответствовал формальным требованиям к «вору в законе» - не замарался в связях с «Софьей Власьевной» (советской властью), не работал, не служил, имел несколько судимостей по уважаемым в воровском мире тяжелым статьям, в том числе - за разбой, честно делился добычей в общак. Но при этом, к неудовольствию многих, тянулся именно к кавказскому (грузинскому и чеченскому) криминалу. А тот, в свою очередь, с помощью Длугача хотел укрепить свое положение в столичном регионе. Глобус был дружен с такими фигурами воровского мира, как Рафаэль Багдасарян (Сво Раф), (Шакро Молодой) и Джемал Микеладзе (Арсен). Постепенно Длугач собрал в столице собственную бригаду из представителей Закавказья и жителей Бауманского района - поэтому команду Глобуса и назвали бауманскими. Они контролировали Арбат с его богатыми фирмами и казино.

Яблоком раздора для Глобуса и Сильвестра стал известный в то время ночной клуб «Арлекино» на Красной Пресне. Его крышевали бауманские, что не устраивало лидеров славянских ОПС. Глобус постоянно требовал увеличить свою и без того немалую долю от прибыли клуба, а это неизбежно ударило бы по доходам других группировок. Сильвестр же успел вложить в «Арлекино» огромные деньги...

10 апреля 1993 года Длугач вышел из дискотеки «У ЛИС"Са» в спорткомплексе «Олимпийский» и направился к автостоянке. Раздался выстрел. Единственную пулю с расстояния в 40 метров из 7,62-мм самозарядного карабина Симонова выпустил киллер Александр Солоник (Валерьяныч, или ). Пуля прошила правую сторону груди Глобуса насквозь, он скончался на месте. Солоник сумел скрыться с места преступления. Это был первый в истории «лихих 90-х» отстрел вора в законе: на похоронах Длугача в подмосковной Апрелевке, где он жил, собралось множество криминальных авторитетов, шокированных произошедшим.

Три дня спустя, 13 апреля 1993 года, в Москве был убит еще один вор в законе - Виктор Коган (Моня). Он считался крышей зала игровых автоматов на Елецкой улице (Южный округ столицы) - и попытался объяснить ореховским, что те действуют не по понятиям. Церемониться с криминальным авторитетом люди Сильвестра не стали.

Тимофеев постепенно превратился в настоящего генерального директора преступного мира столицы. В период наивысшего могущества он контролировал 30 банков, 20 крупных торговых фирм, сотни магазинов, ресторанов и автосалонов, десяток казино и все крупные рынки города. Счет шел на миллиарды долларов. Сильвестр стремился сплотить столичный криминал, сделав его единой силой. Однажды он собрал «братву» - около четырех тысяч человек - на стадионе в Медведково и обратился к ним с речью. Надо прекратить междоусобицы, говорил Сильвестр. Займитесь коммерцией - вот где крутятся настоящие деньги.

В этом плане у Сильвестра был серьезный помощник: главный бухгалтер ореховской ОПС Григорий Лернер. Они познакомились в 1990 году, и Лернер, аферист международного класса, отсидевший за мошенничество, очень пригодился Тимофееву в его темных делах.

Битва за трон

В 90-е годы банки в России открывались и закрывались легко и быстро, число пострадавших постоянно росло. Эта обстановка идеально подходила такому человеку, как Григорий Лернер, и он в полной мере раскрыл свой криминальный талант.

Лернер пообещал Сильвестру, что утроит его состояние, - и вскоре лидер ореховских убедился, что его новый компаньон держит слово. Причем Лернер не только увеличил состояние Тимофеева, он буквально отдал ему свою гражданскую жену Ольгу Жлобинскую. Главбух ореховских познакомился с ней в начале 80-х годов, и они долгое время жили вместе. Начав работать с Сильвестром, Лернер заметил, что Жлобинская пришлась ему по душе, - и убедил жену уйти к Тимофееву. Ольга прельстила Сильвестра не своей внешностью - он увидел в ней надежного компаньона. В 1992-м они поженились.

Позже супруга Тимофеева возглавила «Московский торговый банк», где в 1994 году организация олигарха «Автомобильный российский альянс» разместила огромные деньги. Расставаться с ними банк не спешил, и у Жлобинской с Березовским возник конфликт. 7 июня 1994 года возле дома №40 по Новокузнецкой улице в центре Москвы, где располагался дом приемов «Логоваза», прогремел взрыв. Бомба была приведена в действие в тот момент, когда Mercedes Березовского выезжал из ворот дома приемов. Погиб водитель, были ранены охранник и восемь случайных прохожих, но сам олигарх уцелел. Мало кто из знакомых с ситуацией вокруг «Московского торгового банка» сомневался в том, кому могла быть выгодна смерть Березовского.

Врагов у Сильвестра в Москве становилось все больше, а его щупальца проникали буквально во все сферы жизни столицы. Его люди «трясли» даже самых популярных звезд российской эстрады. Но не он один претендовал на лавры теневого короля Москвы: был серьезный конкурент - . Московский трон мог занять лишь один - и Сильвестр это очень хорошо понимал.

Квантришвили был уникальной фигурой для Москвы 90-х: его нельзя было назвать бандитом, но слово «Отари» в криминальных кругах имело решающее значение. Он не был вором в законе - и неспроста: такой статус навсегда закрыл бы Квантришвили доступ в чиновничьи и милицейские кабинеты. А сила его была именно в том, что он был своим везде. Крупный меценат, председатель фонда имени Льва Яшина, Квантришвили успешно общался и с уголовниками, и с представителями власти. В его друзьях ходили милицейские генералы, члены правительства, депутаты, известные артисты и спортсмены. Неудивительно, что Квантришвили рвался в политику и почти ежедневно выступал на московском ТВ.

Мецената все чаще называли крестным отцом столицы, что очень не понравилось Сильвестру: на этот титул претендовал он сам. Кроме того, Тимофеев интересовался нефтяным бизнесом, и у него с Квантришвили был в этой сфере камень преткновения - нефтеперерабатывающий завод в Туапсе. Финал предсказуем: 5 апреля 1994 года на выходе из Краснопресненских бань Квантришвили был убит тремя выстрелами из снайперской винтовки. Это преступление раскрыли лишь 12 лет спустя. Заказ исполнил знаменитый киллер Алексей Шерстобитов (Леша-солдат). В криминальном мире в версиях убийства Квантришвили особых разногласий не было: все понимали, кто заказчик. После этого преступления уголовная столица затаилась.

Финальный аккорд

А Сергей Тимофеев отправился за океан - в Нью-Йорк. В Бруклине он встретился с тем, кого именовали крестным отцом преступного мира России: криминальным авторитетом и вором в законе , известным как Япончик. О чем говорили лидеры «вне закона» - не знает никто. Существовала версия, что Иваньков дал Тимофееву добро на управление всей Москвой.

Вскоре после возвращения в столицу, 13 сентября 1994 года, Сильвестр встретился с представителями влиятельной курганской ОПС: поводом для встречи, как и в истории с Глобусом, вновь стал ночной клуб «Арлекино» на Красной Пресне. Курганцы хотели узнать у преступного короля столицы, будет ли это злачное место принадлежать им. Но Тимофеев не дал однозначного ответа, взяв время на раздумье.

…Через 20 минут Mercedes-Benz 600SEC, в котором находился Сильвестр, взлетел на воздух рядом с домом №46 по 3-й Тверской-Ямской улице. По оперативным данным, масса тротилового заряда, прикрепленного магнитом к днищу автомобиля (предположительно, на автомойке), составила 400 граммов. Взрывное устройство сработало, как только Сильвестр сел в машину и начал разговаривать по сотовому телефону; корпус устройства взрывной волной отбросило на 11 метров. Любопытно, что Сильвестра охраняли 19 человек, но в тот день он почему-то оказался в машине один.

Ответа на вопрос, кто именно стоит за смертью Сильвестра, нет до сих пор. У него хватало врагов: убийство могло быть расплатой за смерть Глобуса или Квантришвили или местью Березовского. Или даже Япончика: они с Сильвестром были близки, оба выступали против засилья в Москве авторитетов с Кавказа, но от рук ореховских погибло немало близких друзей Иванькова.

Преступного короля Москвы похоронили в закрытом гробу на Хованском кладбище. Надпись на надгробии Сильвестра гласит: «Поторопитесь восхищаться человеком, ибо упустите радость». Так закончилась жизнь человека, с чьим именем связывали один из самых кровавых периодов криминальной жизни столицы. Жена Сильвестра Ольга Жлобинская после гибели мужа сбежала в Израиль вместе с Григорием Лернером. Вскоре бывший главный бухгалтер ореховских разорился и попал в израильскую тюрьму. Что до самой ореховской ОПС - у ее руля встали сподвижники Тимофеева, и история одной из самых грозных банд Москвы продолжилась.

***

Фигура Сильвестра была столь масштабной, что до сих пор ходят слухи: в машине взорвали другого человека, а Тимофеев успешно перебрался на Запад и до сих пор благополучно живет не то в Испании, не то где-то еще, спокойно растрачивая нажитые преступным путем капиталы. Во всяком случае, все до одного, причастные к его опознанию, внезапно резко разбогатели. И если допустить, что это правда, получится, что Сильвестр сумел виртуозно воплотить в жизнь заветную мечту любого бандита: накопить состояние и, бесследно исчезнув для всех, уйти на покой.

В скором времени по телевизору покажут обыкновенное чудо. РЕН-ТВ планирует выпустить в эфир документальный сериал о становлении и развитии оргпреступности на территории бывшего СССР.

Там есть уникальные кадры, на которых фигурирует ныне здравствующий бывший тракторист Сергей Тимофеев. Он же – руководитель солнцевской ОПГ по кличке Сильвестр, взорванный в Москве 13 сентября 1994 года и похороненный на Хованском кладбище.

На надгробном памятнике высечены годы рождения и смерти (1955–1994). И вдруг – сенсация? Откуда она взялась? Как рассказали «АН» авторы сериала, Сергей Тимофеев попал в поле зрения израильских телевизионщиков, когда те снимали демонстрацию протеста у одной из тюрем строго режима в пригороде Тель-Авива. Митингующие возмущались суровым обвинением одному из заключенных, бывшему гражданину СССР и криминальному авторитету. Когда во время монтажа внимательно просматривали отснятые кадры, чтобы понять, кто выступает в защиту осужденного, вдруг увидели знакомое лицо покойного Тимофеева.

Дальше интереснее… Еще при жизни Тимофеев был настолько дружен с израильским бизнесменом Григорием Лернером (он же Цви Бен-Арье, в 2006 г. осужден в Израиле на шесть лет за мошенничество, использование поддельных документов, плюс еще 27 месяцев за нарушение условий досрочного освобождения), что Сильвестр женился на бывшей супруге Лернера Ольге Жлобинской (она же Илона Рубинштейн), получив ее фамилию и израильское гражданство. Но это было давно. Еще до взрыва.

А после того как в рядах демонстрантов «засветился» человек, похожий на Тимофеева, израильские телевизионщики решили навестить вдову авторитета и расспросить о ее нынешнем безутешном житье-бытье. Следуя исконной российской традиции «о мертвых либо хорошо, либо ничего», Ольга рассказала им о том, каким замечательным человеком был Сергей Тимофеев при жизни. И о том, что она изредка коротает время в саду своего дома, ухаживая там за различными растениями, что и продемонстрировала перед камерой. Во время съемок оператор засек, что на заднем плане в конце сада дважды прошел человек, которого в студии при укрупнении кадра опознали как Сильвестра…

Слухи о том, что он инсценировал свою гибель, а сам скрылся в одной из теплых стран, появились сразу после похорон. Но были жестко пресечены данными судебно-медицинской экспертизы, которая изучала челюсти, оставшиеся в сгоревшей машине, и пришла к однозначному выводу – это зубы Сергея Тимофеева.

Самое интересное в этой истории то, что еще полгода назад один отставной полковник из бывшего ГУБОПа МВД РФ сказал мне в приватной беседе, что Тимофеев жив. И отмахнулся на мое бормотание насчет экспертизы, зубов и толстых книжек, написанных про деятельность Сильвестра. При подготовке этого текста я обратился за разъяснениями к этому офицеру.

– Тогда, в 1994-м, у него было очень опасное положение, – рассказал полковник. – Он дважды был инициатором криминальных войн против горских ОПГ в Москве. Прежде всего – чеченских. Начать первую ему не разрешили воры в законе на сходняке. Напомню, что сам Тимофеев вором не был, но авторитетом пользовался. А о дате начала второй войны стало известно СМИ, и все враги из списка Сильвестра успели попрятаться. Затаили на него обиду. Мало того, началась жесткая борьба с ОПГ, что тоже его не радовало.

Солнцевские и так были на слуху. Тогда он увлекся реорганизацией более мелкой бригады из солнцевского сообщества – ореховской. В ней первым делом воспитывались киллеры и взрывники. Очевидно для того, чтобы убрать в первую очередь наиболее опасных противников. А во вторую, чтобы подготовить свой уход, – сколько можно серьезному человеку в бандитов играть...

По совету своего собеседника я поговорил с одним из известных в узких кругах зубных протезистов, оказывающих квалифицированную помощь «братве»: «…Кому челюсть прострелят на разборках или битой попадут. Всякое бывает, приходилось и копии челюстей и протезов делать. Кому? Откуда я знаю?..»

Тимофеев ушел из-под удара. Оперативники и не ищут его потому, что вообще лишней работы не ищут. А главное, если какие-то претензии к нему есть, все сроки давности истекли. Как говорится, «умер-шмумер, лишь бы был здоров!»

В сентябре 1994 года был убит один из самых влиятельных криминальных авторитетов Москвы – Сергей Тимофеев по кличке Сильвестр. К концу своей жизни он конфликтовал со всеми крупными столичными группировками и значительной частью московского бизнес сообщества. Смерть авторитета породила массу слухов, а многие принялись утверждать, что случившееся – всего лишь грамотная инсценировка.

Главный ореховский

В середине 1980-х Тимофеев связался со шпаной из столичного района Орехово. Спустя несколько лет был арестован за грабежи, вымогательство и незаконное хранение оружия. Был осужден на два года, а после освобождения объединил действовавшие на юге Москвы банды в единую крупную группировку – Ореховскую.

Вскоре он взял под контроль ряд банков, ему подчинялись кафе, рестораны, ночные клубы. «Мзду» Тимофееву платили многие крупные предприниматели. Злейшими врагами ореховских были кавказские организованные преступные группы.

Взрыв на Тверской-Ямской

Тимофеев погиб 13 сентября 1994 года в семь часов вечера на 3-й Тверской-Ямской улице в центре Москвы. Взорвался новенький Mercedes-600, в котором и находился авторитет.

Автомобиль был взорван при помощи радиоуправляемого устройства. Как оно попало в «Мерседес» Сильвестра? По некоторым данным, «адская машина» массой около килограмма была заложена в автомобиль, когда он находился в мойке. После взрыва «Мерседес» загорелся, его потушили, а из обломков автомобиля вытащили обгоревшее и изуродованное тело жертвы.

Чьих рук дело

Оперативники сразу стали отрабатывать несколько версией случившегося. Подозревали в убийстве Сильвестра людей Валерия Глобуса Длугача или Отари Квантришвили – к тому моменту уже мертвых криминальных авторитетов. Оба при жизни враждовали с ореховскими из-за бизнес интересов. Глобус, к тому же, вел дела с кавказскими ОПГ, что для Тимофеева было неприемлемо.

По другой версии, к убийству Сильвестра привел конфликт лидера ореховских с другим крупным криминальным авторитетом – Япончиком (Вячеслав Иваньков). Причина банальна – не поделили власть, к тому же Тимофеев обвинил оппонента в краже 300 000 долларов. Такого Япончик простить не мог. Впрочем, есть мнение, что заказчиками преступления были представители кавказских ОПГ, с которыми Сильвестр имел давнюю вражду.

Фальшивая смерть

Группировка ореховских занималась еще и крупными финансовыми махинациями. По некоторым данным, благодаря этим манипуляциям Тимофеев обогатился на 18 миллиардов рублей, которые он вывел в западные банки.

Это заставило многих говорить, что во взорванном «Мерседесе» на самом деле находился не лидер ореховских, а совсем другой человек. Сам же Сильвестр в момент взрыва уже вылетел в США под вымышленным именем. Там он сделал пластическую операцию, после чего жил спокойной и безбедной жизнью.

В пользу этого говорит тот факт, что за два месяца до взрыва на Тверской-Ямской авторитет переправил в Соединенные Штаты жену и дочь. Версию с инсценировкой происшествия позже подтвердили некоторые представители Солнцевской группировки.

Найденный в Мерседесе обгоревший труп смог опознать только личный дантист Сильвестра, да и то лишь по зубам. Но и это не успокоило скептиков: по их мнению, авторитет вполне мог войти в сговор со своим зубным врачом. Масла в огонь различных спекуляций подлила и найденная на месте происшествия визитка и декларация на имя некоего менеджера Сергея Жлобинского.

Убить шефа

Однако правоохранителей подобные «теории заговора» не убедили. В 2011 году в расследовании резонансного дела была поставлена точка. В сентябре Мосгорсуд признал виновным в убийстве Сильвестра и приговорил к пожизненному заключению его ближайшего соратника Сергея Осю Буторина.

Тот сам признался, что заказал убийство своего шефа. По словам Буторина, автомобиль с Сильвестром взорвался прямо на его глазах сразу же после начала движения от дома номер 46. Тимофеев в этот момент разговаривал по телефону. Позже его корпус нашли в 11 метрах от места происшествия. После взрыва Ося бросился к автомобилю, убедился, что его босс мертв, а затем поспешил покинуть место происшествия.

Свой поступок Буторин объяснял тем, что опасался расправы со стороны врагов Тимофеева. В то время средний срок жизни ближайших соратников криминальных авторитетов составлял 1,5-2 года. Убийство Сильвестра могло отвести от него угрозу. Кроме того, Ося сам хотел занять место лидера Ореховской ОПГ.