Это название стало символом зверского отношения фашистов к попавшим в плен детям
За три года существования лагеря (1941–1944) в Саласпилсе по разным данным погибло порядка ста тысяч человек, семь тысяч из них – дети.
Место, откуда не возвращались
Этот лагерь построили плененные евреи в 1941 году на территории бывшего латвийского полигона в 18 километрах от Риги рядом с одноименным поселком. Согласно документам, первоначально «Саласпилс» (нем. Kurtenhof) называли «воспитательно-трудовым», а не концентрационным лагерем.
Внушительных размеров территория, огороженная колючей проволокой, была застроена наспех сооруженными деревянными бараками. Каждый был рассчитан на 200-300 человек, но нередко в одном помещении находилось от 500 до 1000 человек.
Изначально в лагере обрекали на смерть депортированных из Германии в Латвию евреев, но с 1942 года сюда отправляли «неугодных» из самых разных стран: Франции, Германии, Австрии, Советского Союза.
Печальную известность Саласпилский лагерь получил еще и потому, что именно здесь нацисты забирали у невинных детей кровь для нужд армии и всячески издевались над малолетними узниками.
Полные доноры для рейха
Новых заключенных привозили регулярно. Их заставляли раздеваться догола и отправляли в так называемую баню. Нужно было идти пешком полкилометра по грязи, а потом мыться в ледяной воде. После этого прибывших помещали в бараки, все вещи отбирали.
Имен, фамилий, званий не было – только порядковые номера. Многие погибали практически сразу, тех же, кому удавалось выжить после нескольких дней заточения и пыток, «рассортировывали».
Детей с родителями разлучали. Если матери не отдавали, надзиратели забирали малышей силой. Стояли страшные крики и вопли. Многие женщины сходили с ума; кого-то из них помещали в больницу, а некоторых – расстреливали на месте.
Грудных младенцев и детей в возрасте до шести лет отправляли в специальный барак, где они умирали от голода и болезней. Над узниками постарше нацисты ставили опыты: впрыскивали яды, проводили операции без анестезии, брали у детей кровь, которую передавали в госпитали для раненых солдат немецкой армии. Многие дети становились «полными донорами» - у них забирали кровь до тех пор, пока те не умирали.
Учитывая, что заключенных практически не кормили: кусок хлеба и баланда из овощных отходов, количество детских смертей исчислялось сотнями в день. Трупы, словно мусор, вывозили в огромных корзинах и сжигали в печах крематория или сбрасывали в утилизационные ямы.
Заметая следы
В августе 1944 года, перед приходом советских войск, в попытке уничтожить следы злодеяний, нацисты сожгли многие бараки. Выживших заключенных вывезли в концлагерь Штуттгоф, а на территории Саласпилса до октября 1946 года содержали немецких военнопленных.
После освобождения Риги от фашистов, комиссия по расследованию нацистских злодеяний обнаружила на территории лагеря 652 детских трупа. Также были найдены массовые захоронения и останки людей: ребра, тазобедренные кости, зубы.
Одна из самых жутких фотографий, наглядно иллюстрирующая события того времени, - «Саласпилсская мадонна», труп женщины, которая обнимает мертвого младенца. Было установлено, что их погребли заживо.
Правда глаза колет
Только в 1967 году на месте лагеря возвели Саласпилсский мемориальный комплекс, который существует и по сей день. Над ансамблем трудились многие известные русские и латвийские скульпторы и архитекторы, в том числе и Эрнст Неизвестный . Дорога в Саласпилс начинается с массивной бетонной плиты, надпись на которой гласит: «За этими стенами стонет земля».
Далее на небольшом поле возвышаются фигуры-символы с «говорящими» названиями: «Несломленный», «Униженная», «Клятва», «Мать». По обе стороны от дороги стоят бараки с железными решетками, куда люди приносят цветы, детские игрушки и конфеты, а на черной мраморной стене засечки отмеряют дни, проведенные невинными в «лагере смерти».
На сегодняшний день некоторые латвийские историки кощунственно называют лагерь Саласпилс «воспитательно-трудовым» и «общественно-полезным», отказываясь признавать те зверства, которые творились под Ригой во времена Второй мировой войны.
В 2015 году в Латвии была запрещена выставка, посвященная жертвам Саласпилса. Чиновники посчитали, что подобное мероприятие навредит имиджу страны. В итоге экспозицию «Угнанное детство. Жертвы Холокоста глазами малолетних узников нацистского концлагеря Саласпилс» была проведена в Российском центре науки и культуры в Париже.
В 2017 году на пресс-конференции «Саласпилсский лагерь, история и память» также произошел скандал. Один из спикеров пытался изложить свою оригинальную точку зрения на исторические события, но получил жесткий отпор со стороны участников. «Больно слышать, как вы сегодня пытаетесь забыть о прошлом. Мы не можем допустить, чтобы столь страшные события повторились вновь. Не дай вам Бог пережить подобное», - обратилась к говорящему одна из женщин, которой удалось выжить в Саласпилсе.
Женщин в ГУЛАГе было меньше, чем мужчин. В основном, это были жены, дочери и сестры врагов народа. Многие думают, что женщинам в ГУЛАГе было легче, чем мужчинам, хотя это не так.
Никаких отдельных нормативов для женщин не было. Они работали наравне с мужчинами, получали такие же пайки, ели ту же самую баланду и никаких привилегий при перевозке у них не было. Хотя все равно нельзя сказать, что лагерный опыт у мужчин и женщин был одинаковый.
Не во всех лагерях мужчины и женщины были разделены. В «смешанных» лагерях был высокий процент изнасилований. Многие подвергались неоднократному и групповому насилию. Обычно насильниками были не политические, а уголовные заключенные. Иногда были случаи насилия со стороны лагерного начальства. За секс заключенные получали более вкусную еду, лучшую работу или другие послабления.
Многие женщины рожали или по дороге в лагерь или в лагере. Иногда заключенным казалось, что после рождения ребенка или в период беременности могут быть какие-то послабления, некоторые хотели родить близкого человека. Конечно, некоторые поблажки были: от трех перерывов вдень на кормление грудью ребенка до года до редкой амнистии. Но в основном, условия жизни ребенка и матери были плохими.
Из воспоминаний арестантки Хавы Волович: «Нас было три мамы. Нам выделили небольшую комнатку в бараке. Клопы здесь сыпались с потолка и со стен как песок. Все ночи напролет мы их обирали с детей. А днем - на работу, поручив малышей какой-нибудь актированной старушке, которая съедала оставленную детям еду. Целый год я ночами стояла у постельки ребенка, обирала клопов и молилась. Молилась, чтобы бог продлил мои муки хоть на сто лет, но не разлучал с дочкой. Чтобы, пусть нищей, пусть калекой, выпустил из заключения вместе с ней. Чтобы я могла, ползая в ногах у людей и выпрашивая подаяние, вырастить и воспитать ее. Но бог не откликнулся на мои молитвы. Едва только ребенок стал ходить, едва только я услышала от него первые, ласкающие слух, такие чудесные слова - «мама», «мамыця», как нас в зимнюю стужу, одетых в отрепья, посадили в теплушку и повезли в «мамочный» лагерь, где моя ангелоподобная толстушка с золотыми кудряшками вскоре превратилась в бледненькую тень с синими кругами под глазами и запекшимися губками».
В «мамочном лагере» няням было все равно на детей: «Видела, как в семь часов утра няньки делали побудку малышам. Тычками, пинками поднимали их из ненагретых постелей. <…> Толкая детей в спинки кулаками и осыпая грубой бранью, меняли распашонки, подмывали ледяной водой. А малыши даже плакать не смели. Они только кряхтели по-стариковски и - гукали. Это страшное гуканье целыми днями неслось из детских кроваток. Дети, которым полагалось уже сидеть или ползать, лежали на спинках, поджав ножки к животу, и издавали эти странные звуки, похожие на приглушенный голубиный стон.
На семнадцать детей приходилась одна няня, которая должна была кормить, мыть, одевать детей и содержать палату в чистоте. Она старалась облегчить себе задачу: из кухни няня принесла пылающую жаром кашу. Разложив ее по мисочкам, она выхватила из кроватки первого попавшегося ребенка, загнула ему руки назад, привязала их полотенцем к туловищу и стала, как индюка, напихивать горячей кашей, ложку за ложкой, не оставляя ему времени глотать».
Многие женщины позже написали мемуары и книги про заключение в ГУЛАГе, среди них Хава Валович, Евгения Гинзбург, Нина Гаген-Торн, Тамара Петкевич и многие другие.
Женщины-заключенные СЛОНа. Развалившаяся вышка охраны. Соловки.
Принуждение к сожительству
Когда домогательства наталкиваются на сопротивление, чекисты не гнушаются мстить своим жертвам. В конце 1924 г. на Соловки была прислана очень привлекательная девушка - полька лет семнадцати. Ее вместе с родителями приговорили к расстрелу за "шпионаж в пользу Польши" . Родителей расстреляли. А девушке, поскольку она не достигла совершеннолетия, высшую меру наказания заменили ссылкой на Соловки на десять лет.
Девушка имела несчастье привлечь внимание Торопова. Но у нее хватило мужества отказаться от его отвратительного домогательства. В отместку Торопов приказал привести ее в комендатуру и, выдвинув ложную версию в "укрывательстве контрреволюционных документов", раздел донага и в присутствии всей лагерной охраны тщательно ощупал тело в тех местах, где, как ему казалось, лучше всего можно было упрятать документы.
В один из февральских дней в женском бараке появился очень пьяный чекист Попов в сопровождении еще нескольких чекистов (тоже пьяных). Он бесцеремонно влез в постель к мадам Икс, даме, принадлежащей к наивысшим кругам общества, сосланной на Соловки сроком на десять лет после расстрела мужа. Попов выволок ее из постели со словами: "Не хотите ли прогуляться с нами за проволоку?" - для женщин это означало быть изнасилованными. Мадам Икс, находилась в бреду до следующего утра.
Отдел 1. Статья 55.
Надзирательницам применяются все установленные выше для надзирателей правила, условия поступления и порядок прохождения службы.("Положение о Соловецких лагерях особого назначения ОГПУ". 2.10.1924 г. Секретно.)
Необразованных и полуобразованных женщин из контрреволюционной среды чекисты нещадно эксплуатировали. Особенно плачевна участь казачек, чьи мужья, отцы и братья расстреляны, а сами они сосланы. (Мальсагов Созерко. Адские острова: Сов. тюрьма на дальнем Севере: Пер. с англ. - Алма-Ата: Алма-ат. фил. агентства печати "НБ-Пресс", 127 с. 1991 )
"Положенiе женщин - поистинe отчаянное. Онe еще болeе безправны, чeм мужчины, и почти всe, независимо от своего происхожденiя, воспитанiя, привычек, вынуждены быстро опускаться. Онe - цeликом во власти администрацiи, которая взымает дань "натурой"... Женщины отдаются за пайки хлeба.
В связи с этим страшное распространенiе венерических болeзней, наряду с цынгой и туберкулезом. " (Мельгунов Сергей. "Красный террор" в Россiи 1918-1923. Изд. 2ое дополненное. Берлин. 1924
)
Сексуальные насилия над женщинами СЛОНа
Соловецкая "Детколония" официально называлась "Исправительно-трудовая колония для правонарушителей младших возрастов от 25 лет" . В этой "Детколонии" было зарегистрировано "детское правонарушение" - групповое изнасилование девочек-подростков (1929).
"Однажды мне пришлось присутствовать при судебно-медицинском вскрытии трупа одной девушки из заключенных, вынутой из воды, со связанными руками и камнем на шее. Дело оказалось сугубо секретное: групповое изнасилование и убийство, совершенное заключенными стрелками ВОХР (военизированная охрана, куда набирались заключенные, прежде, на свободе, работавшие в карательных органах ГПУ) под предводительством их начальника-чекиста. Мне пришлось "беседовать" с этим монстром. Он оказался садистом-истериком, бывшим начальником тюрьмы." (Профессор И.С. Большевизм в свете психопатологии. Журнал "Возрождение". №9. Париж. 1949. Цит. по публ. Бориса Камова. Ж. "Шпион", 1993. Вып.1. Москва, 1993. С.81-89 )
Женщины в Голгофском скиту
"Женщины! Где ярче контрасты (столь любимые мною!), чем на наших многодумных островах? Женщины в Голгофском скиту !
Их лица – зеркало ночных московских улиц. Шафранный цвет их щек – чадный свет притонов, тусклые безразличные глаза – оконца хаз и малин. Они приехали сюда с Хитрого, с Рваного, с Цветного. В них еще живо смрадное дыхание этих выгребных ям огромного города. Они еще кривят лицо в приветливо-кокетливой улыбке и со сладострастно-зазывной развальцей проходят мимо вас. Их головы повязаны платками. У висков с обезоруживающей кокетливостью локоны-пейсики, остатки от стриженных волос. Их губы алы. Об этой алости поведает вам угрюмый канцелярист, запирающий красные чернила на замок. Они смеются. Они беззаботны. Кругом зелень, море, как пламенный жемчуг, в небе самоцветные ткани. Они смеются. Они беззаботны. Ибо зачем заботиться им, бедным дочерям безжалостного большого города?
На склоне горы погост. Под бурыми крестами и плитами – схимники. На крестах череп и две кости." (Цвибельфиш. На острове на Анзере. Журнал "Соловецкие острова", №7, 07.1926. С.3-9 ).
Медицинское обслуживание в Соловецком концлагере
Соловецкие женщины XIX и XXI веков
Финские женщины в Соловках: президент Финляндии не смогла попасть в Соловки, а жена председателя финской компартии покончила в Соловках жизнь самоубийством.
Женский барак смерти Во время утреннего обхода баронесса села на пол, потом легла. Начался бред...
Далее вас ждет история немецкого концлагеря Равенсбрюк, который был построен специально для заключенных-женщин, трудившихся здесь на благо Третьего рейха, и освобожденного 30 апреля 1945-го года войсками Красной армии.
Охраняемый лагерь заключения для женщин» Равенсбрюк был построен в 1939 году заключенными из концлагеря Заксенхаузен.
Лагерь состоял из нескольких частей, в одной из которых было небольшое мужское отделение. Лагерь был построен для принудительного труда заключенных. Здесь изготавливали продукцию предприятия СС Gesellschaft für Textil und Lederverwertung mbH («Общество для текстильного и кожевенного производства»), немецкого электротехнического концерна Siemens & Halske AG и
некоторых других.
Изначально в лагерь отправляли немок, «позорящих нацию»: «преступниц», женщин «асоциального поведения» и членов секты Свидетели Иеговы. Позже сюда начали направлять цыганок, полек. В марте 1942 года большинство из них были отправлены на строительство лагеря смерти Освенцим, а в октябре 1942 года началось «освобождение лагеря от евреев»: более 600 заключенных,
в том числе 522 еврейки, были депортированы в Освенцим. В феврале 1943 года здесь появились первые советские военнопленные. К декабрю 1943 года в Равенсбрюке и во внешних лагерях находились 15 100 женщин заключенных.
Бланка Ротшильд, узница лагеря: «В Равенсбрюке нас ждал сущий ад. У нас отобрали всю одежду. Заставили нас пройти медицинское обследование, и это было… даже слово «стыдно» тут не подходит, потому что в людях, которые его проводили, не было ничего человеческого. Они были хуже, чем животные. Многие из нас были совсем юными девушками, которых ещё никогда не осматривал гинеколог, а они искали, бог его знает, то ли бриллианты, то ли еще что то. Нас заставили пройти через это. Такого кресла, как там, я не видела никогда в жизни. Каждая минута там была унижением»
Все вещи у прибывавших в лагерь отнимали и выдавали им полосатое платье, шлепанцы и нашивку, окрашенную в зависимости от категории, к которой относилась заключенная: в красный цвет - для политических заключенных и участников движения Сопротивления, желтый - для евреев, зеленый - для уголовных преступников, фиолетовый - для свидетелей Иеговы, черный - для цыган, проституток, лесбиянок и воров; в центре треугольника стояла буква, указывающая национальность.
Стелла Кугельман, узница лагеря, попавшая в Равенсбрюк в возрасте 5 лет: «Я была в лагере под опекой других женщин, которые подкармливали и прятали меня, я их всех называла мамами. Иногда они показывали мне мою настоящую мать в окошке барака, куда мне нельзя было заходить. Я была ребенком и думала, что это нормально, что так и должно быть. Однажды очередная моя лагерная мама, немка, антифашистка Клара, сказала мне: «Стелла, твою мать сожгли, ее больше нет». К моему удивлению, я не отреагировала, но потом всегда знала и помнила это - что мою маму сожгли. Я осознала этот кошмар много позже, через пять лет, уже в детдоме под Брянском, на новогодней елке. Я сидела возле печки, смотрела, как горят дрова, и вдруг поняла, что именно фашисты сделали с моей мамой. Я помню, что закричала, рассказала об этом воспитательнице - мы вместе с ней проплакали всю ночь»
В лагере было много детей. Многие рождались там, но их отбирали у матерей. Согласно записям в период с сентября 1944 по апрель 1945 года в лагере родились 560 детей (у 23 женщин были преждевременные роды, 20 детей родились мертвыми, было сделано 5 абортов). Выжили из них около ста. Большинство детей умирали от истощения.
Узницы жили согласно жесткому распорядку. В 4 утра - подъем. Позже - завтрак, состоящий из половины стакана холодного кофе без хлеба. Затем - перекличка, которая длилась 2 - 3 часа вне зависимости от погоды. Более того, зимой проверки намеренно продлевались. После этого заключенные отправлялись на работу, которая длилась 12 - 14 часов с перерывов на обед, который состоял из 0,5 литра воды с брюквой или картофельными очистками. После работы - новая перекличка, в завершении которой выдавали кофе и 200 гр. хлеба
Воспоминания узницы лагеря Нины Харламовой: «Убивал главный врач Перси Трейте, палач с дипломом медика. Сколько своих пациентов умертвил он, приказывая своим сестрам эсэсовкам впрыскивать им в вену яд! Сколько больных туберкулезом отправил в газовую камеру! Скольких назначил на «черный транспорт», который назывался еще и «химмельтранспорт», то есть «транспорт на небо». Его называли так потому, что он отправлялся в лагеря, где находились крематории, в которых всех прибывших с таким транспортом сжигали»
В 1944 году Равенсбрюк лично посетил рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Он отдал приказ уничтожить всех больных, не способных самостоятельно передвигаться. Этим занимался главный лагерный врач Перси Трейте, известный своей жестокостью. По воспоминаниям узников, он убивал всех без разбора, сам ежедневно отбирал партии заключенных для сжигания и любил делать операции без наркоза
За время работы лагеря там умерли от 50 до 92 тыс. человек. В основном узники умирали от недоедания, изнуряющей работы, плохих санитарных условий, издевательств охраны. Два раза в месяц проводился отбор заключенных, подлежащих уничтожению. Каждый день в лагере убивали до 50 человек. Постоянно проводили медицинские эксперименты: узницам вводились стафилококки, возбудители газовой гангрены и столбняка, а также одновременно несколько видов бактерий, женщин специально калечили, ампутировали здоровые конечности, а потом «подсаживали» их к другим заключенным, проводили стерилизации. Осенью 1943 года для концлагеря был построен крематорий.
27 апреля 1945 года началась эвакуация лагеря. Более 20 тыс. человек немцы угнали в западном направлении. В лагере остались 3,5 тыс. человек. 28 апреля марш достиг коммуны Ретцов - внешнего лагеря концлагеря Равенсбрюк. Следующей и последней остановкой стал внешний лагерь Равенсбрюка Мальхов. Здесь охранники СС заперли ворота лагеря и бараков и бросили заключенных. На следующий день Мальхов был освобожден Красной Армией.
На фото: освобожденная узница Равенсбрюка Генриетта Вут.
30 апреля 1945 года, в день освобождения лагеря, узницы Равенсбрюка дали клятву: «Именем многих тысяч жертв замученных, именем матерей и сестер, превращенных в пепел, именем всех жертв фашизма клянемся! Никогда не забыть черную ночь Равенсбрюка. Детям детей рассказать обо всем. До конца своих дней дружбу крепить, мир и единство. Уничтожить фашизм. В этом девиз и итог борьбы». Уже 3 мая 1945 года лагерь заработал как военный госпиталь, в котором работали лучшие советские врачи ближайших воинских расположений. Книга Памяти погибших в Равенсбрюке была создана много лет спустя, так как перед самым освобождением немцы уничтожили почти все документы.
Пытками часто называют различные мелкие неурядицы, происходящие со всеми в обиходе. Этого определения удостаивается воспитание непослушных детей, длительное стояние в очереди, большая стирка, последующая глажка белья и даже процесс приготовления еды. Все это, конечно, бывает очень мучительным и неприятным (хотя степень изнурительности в значительной мере зависит от характера и склонностей человека), но все же мало напоминает самые страшные пытки в истории человечества. Практика допросов «с пристрастием» и других насильственных действий в отношении узников имела место практически во всех странах мира. Временные рамки также не определены, но поскольку современному человеку психологически ближе события относительно недавние, то и внимание его привлечено к методам и специальному оборудованию, изобретенному в двадцатом веке, в частности в немецких концлагерях времен Но ведь были и древневосточные, и средневековые пытки. Фашистов учили и их коллеги из японской контрразведки, НКВД и других аналогичных карательных органов. Так зачем же было все это издевательство над людьми?
Смысл термина
Для начала, приступая к изучению какого-либо вопроса или явления, любой исследователь старается дать ему определение. «Правильно назвать - уже наполовину понять» - гласит
Итак, пытка - это сознательное причинение страданий. При этом не имеет значения природа мучений, она может быть не только физической (в виде боли, жажды, голода или лишения возможности сна), но и морально-психологической. Кстати, самые страшные пытки в истории человечества, как правило, сочетают оба «канала воздействия».
Но значение имеет не только сам факт страдания. Бессмысленное мучение называется истязанием. От него пытка отличается целенаправленностью. Иными словами, человека бьют плетью или подвешивают на дыбу не просто так, а для того, чтобы получить какой-то результат. Применяя насилие, жертву побуждают к признанию вины, разглашению скрываемой информации, а иногда и просто карают за какой-то проступок или преступление. Двадцатый век добавил в список возможных целей истязаний еще один пункт: пытки в концлагерях иногда производились с целью изучения реакции организма на невыносимые условия для определения предела человеческих возможностей. Эти эксперименты признаны Нюрнбергским трибуналом антигуманными и псевдонаучными, что не помешало изучать их результаты после разгрома нацистской Германии специалистами-физиологами стран-победительниц.
Смерть или суд
Целенаправленный характер действий предполагает, что после получения результата даже самые страшные пытки в прекращались. Продолжать их не имело смысла. Должность палача-экзекутора, как правило, занимал профессионал, знающий о болевых приемах и особенностях психологии если не все, то очень многое, и тратить его усилия на бессмысленные издевательства не было никакого смысла. После признания жертвы в преступлении ее могла ждать, в зависимости от степени цивилизованности общества, немедленная смерть или лечение с последующим преданием суду. Юридически оформленная казнь после пристрастных допросов во время следствия была характерна для карательной юстиции Германии в начальную гитлеровскую эпоху и для сталинских «открытых процессов» (шахтинское дело, суд над промпартией, расправы над троцкистами и т. д.). После придания подсудимым сносного внешнего вида их одевали в приличные костюмы и демонстрировали общественности. Сломленные морально, люди чаще всего покорно повторяли все, в чем их заставляли признаться следователи. Пытки и казни были поставлены на поток. Правдивость показаний значения не имела. И в Германии, и в СССР 30-х годов признание обвиняемого считалось «царицей улик» (А. Я. Вышинский, прокурор СССР). Жестокие пытки применялись с целью его получения.
Смертельные пытки инквизиции
Мало в какой области своей деятельности (разве что в изготовлении орудий убийства) человечество настолько преуспело. При этом следует отметить, что в последние столетия наблюдается даже некоторый регресс по сравнению с древними временами. Европейские казни и пытки женщин в Средневековье производились, как правило, по обвинению в колдовстве, а поводом чаще всего становилась внешняя привлекательность несчастной жертвы. Впрочем, инквизиция иногда осуждала и тех, кто в самом деле совершил страшные преступления, но спецификой того времени была однозначная обреченность приговоренного. Независимо от того, насколько долго длились мучения, они кончались лишь смертью осужденного. В качестве орудия казни могли использовать Железную деву, Медного быка, костер или описанный Эдгаром По маятник с острым краем, методично опускавшийся на грудь жертвы дюйм за дюймом. Ужасные пытки инквизиции отличались длительностью и сопровождались немыслимыми моральными мучениями. Предварительное расследование могло вестись с применением других хитроумных механических устройств для медленного расщепления костей пальцев и конечностей и разрыва мускульных связок. Самыми известными орудиями стали:
Металлическая раздвижная груша, применявшаяся для особо изощренной пытки женщин в Средневековье;
- «испанский сапог»;
Испанское же кресло с зажимами и жаровней для ног и ягодиц;
Железный лифчик (пектораль), надеваемый на грудь в раскаленном виде;
- «крокодилы» и специальные щипцы для раздавливания мужских гениталий.
У палачей инквизиции была и другая пыточная оснастка, о которой лучше не знать людям с чувствительной психикой.
Восток, Древний и современный
Какими бы ни были хитроумными европейские изобретатели членовредительной техники, но самые страшные пытки в истории человечества изобретены все же на Востоке. Инквизиция использовала металлические инструменты, имевшие порой весьма замысловатую конструкцию, в Азии же предпочитали все натуральное, природное (сегодня эти средства, возможно, назвали бы экологичными). Насекомые, растения, животные - все шло в ход. Восточные пытки и казни имели те же цели, что и европейские, но технически отличались длительностью и большей изощренностью. Древнеперсидские палачи, например, практиковали скафизм (от греческого слова «скафиум» - корыто). Жертву обездвиживали оковами, привязывали к корыту, заставляли есть мед и пить молоко, затем намазывали все тело сладким составом, и опускали в болото. Кровососущие насекомые заживо медленно съедали человека. Так же примерно поступали в случае казни на муравейнике, а если несчастный подлежал сожжению на палящем солнце, ему еще для пущих мучений срезали веки. Существовали и другие виды пыток, в которых использовались элементы биосистемы. Например, известно, что бамбук растет быстро, по метру в день. Достаточно просто подвесить жертву на небольшом расстоянии над молодой порослью, а оконечности стеблей срезать под острым углом. У пытаемого есть время одуматься, признаться во всем и выдать подельников. Если же он проявит упорство, то будет медленно и мучительно протыкаться растениями. Такой выбор предоставлялся, впрочем, не всегда.
Пытки как метод дознания
И в и в более поздний период различные виды пыток применялись не только инквизиторами и прочими официально признанными изуверскими структурами, но и обычными органами государственной власти, сегодня называемыми правоохранительными. Он входили в набор методик следствия и дознания. Со второй половины XVI века в России практиковались разные типы телесного воздействия, как то: кнут, подвешивание, дыба, прижигание клещами и открытым огнем, погружение в воду, и так далее. Просвещенная Европа тоже отнюдь не отличалась гуманизмом, но практика показывала, что в некоторых случаях пытки, издевательства и даже страх смерти не гарантировали выяснения истины. Более того, в отдельных случаях жертва была готова признаться в самом позорном преступлении, предпочитая ужасный конец бесконечному ужасу и боли. Известен случай с мельником, помнить о котором призывает надпись на фронтоне французского дворца правосудия. Он взял на себя под пыткой чужую вину, был казнен, а настоящий преступник был вскоре пойман.
Отмена пыток в разных странах
В конце XVII столетия начался постепенный отход от пыточной практики и переход от нее к другим, более человечным методам дознания. Одним из итогов эпохи Просвещения стало осознание того, что не жестокость наказания, а его неотвратимость влияет на снижение преступной активности. В Пруссии пытки отменили с 1754 года, эта страна стала первой, поставившей свое судопроизводство на службу гуманизму. Далее процесс пошел поступательно, разные государства последовали ее примеру в следующей последовательности:
| ГОСУДАРСТВО | Год фатического запрета пыток | Год официального запрета пыток |
| Дания | 1776 | 1787 |
| Австрия | 1780 | 1789 |
| Франция | ||
| Нидерланды | 1789 | 1789 |
| Сицилийские королевства | 1789 | 1789 |
| Австрийские Нидерланды | 1794 | 1794 |
| Венецианская республика | 1800 | 1800 |
| Бавария | 1806 | 1806 |
| Папская область | 1815 | 1815 |
| Норвегия | 1819 | 1819 |
| Ганновер | 1822 | 1822 |
| Португалия | 1826 | 1826 |
| Греция | 1827 | 1827 |
| Швейцария (*) | 1831-1854 | 1854 |
Примечание:
*) законодательства различных кантонов Швейцарии менялись в разное время указанного периода.
Отдельного упоминания заслуживают две страны - Британия и Россия.
Екатерина Великая отменила пытки в 1774 году, издав секретный указ. Этим она, с одной стороны, продолжала удерживать преступников в страхе, но, с другой, проявляла стремление следовать идеям Просвещения. Юридически оформил это решение уже Александр I в 1801 году.
Что касается Англии, то там пытки были запрещены в 1772 году, но не все, а только некоторые.
Нелегальные пытки
Законодательный запрет отнюдь не означал полного исключения их из практики досудебного расследования. Во всех странах находились представители полицейского сословия, готовые нарушить закон во имя его торжества. Другое дело, что их действия производились нелегально, и в случае разоблачения им грозило юридическое преследование. Конечно же, и методы существенно изменились. Требовалось «работать с людьми» более осторожно, не оставляя видимых следов. В XIX и XX веках в ход шли предметы тяжелые, но с мягкой поверхностью, такие как мешочки с песком, толстые тома (ирония ситуации проявлялась в том, что чаще всего это были своды законов), резиновые шланги и т. п. Не оставлялись без внимания и методы морального давления. Некоторые следователи порой угрожали суровыми наказаниями, длительными сроками и даже расправой над близкими. Это тоже были пытки. Ужас, испытываемый подследственными, побуждал их делать признания, оговаривать себя и получать незаслуженные наказания, вплоть до Большинство же служащих полиции выполняли свой долг честно, изучая улики и собирая свидетельские показания для предъявления обоснованного обвинения. Все изменилось после прихода к власти в некоторых странах тоталитарных и диктаторских режимов. Произошло это в XX веке.
После Октябрьского переворота 1917 года на территории бывшей Российской империи разразилась Гражданская война, в которой обе воюющие стороны чаще всего не считали себя связанными законодательными нормами, бывшими обязательными при царе. Пытки военнопленных с целью получения информации о противнике практиковались и белогвардейской контрразведкой, и ЧК. В годы Красного террора имели место чаще всего казни, но издевательства над представителями «класса эксплуататоров», к которым причисляли и духовенство, и дворян, и просто прилично одетых «господ», приняли массовый характер. В двадцатые, тридцатые и сороковые годы органы НКВД применяли запрещенные методы дознания, лишая подследственных сна, пищи, воды, избивая и калеча их. Делалось это с дозволения руководства, а иногда по его прямому указанию. Целью редко было выяснение правды - репрессии производились для устрашения, и задача следователя состояла в получении подписи на протоколе, содержащем признание в контрреволюционной деятельности, а также оговор других граждан. Как правило, сталинские «заплечных дел мастера» не применяли особых пыточных устройств, довольствуясь доступными предметами, такими как пресс-папье (им били по голове), или даже обычной дверью, которой прищемлялись пальцы и другие выступающие части тела.
В фашистской Германии
Пытки в концлагерях, созданных после прихода к власти Адольфа Гитлера, отличались по стилю от ранее применявшихся тем, что представляли собой странную смесь восточной изощренности с европейской практичностью. Первоначально эти «исправительные учреждения» создавались для провинившихся немцев и представителей национальных меньшинств, объявленных враждебными (цыган и евреев). Затем наступил черед экспериментов, носивших характер некоторой научности, но по жестокости превосходивших самые страшные пытки в истории человечества.
В попытках создать антидоты и вакцины нацистские врачи от СС вводили заключенным смертельные инъекции, проводили операции без анестезии, в том числе и полостные, замораживали узников, морили их жарой, не давали им спать, есть и пить. Таким образом они хотели разработать технологии «производства» идеальных солдат, не боящихся мороза, зноя и увечий, устойчивых к воздействию отравляющих веществ и болезнетворных бацилл. История пыток времен Второй мировой войны навсегда запечатлела имена докторов Плетнера и Менгеле, ставших, наряду с другими представителями преступной фашистской медицины, олицетворением бесчеловечности. Ими также проводились опыты по удлинению конечностей путем механического вытягивания, удушению людей в разряженном воздухе и прочие опыты, вызывавшие мучительную агонию, длившуюся иногда долгие часы.
Пытки женщин фашистами касались в основном разработки способов лишения их репродуктивной функции. Изучались разные методы - от простых (удаление матки) до изощренных, имевших в случае победы Рейха перспективу массового применения (облучение и воздействие химических веществ).
Все окончилось еще до Победы, в 1944 году, когда концлагеря начали освобождать советские и союзнические войска. Даже внешний вид узников красноречивее любых доказательств говорил о том, что само по себе их содержание в нечеловеческих условиях было пыткой.
Современное положение дел
Пытки фашистов стали эталоном жесткости. После разгрома Германии в 1945 году человечество радостно вздохнуло в надежде, что такое никогда уже не повторится. К великому сожалению, пусть и не в таких масштабах, но истязания плоти, глумление над человеческим достоинством и моральное унижение остаются одними из жутких признаков современного мира. Развитые страны, декларирующие свою приверженность правам и свободам, ищут юридические лазейки для создания особых территорий, на которых соблюдение их собственных законов необязательно. Узники тайных тюрем в течение многих лет подвергаются воздействиям карательных органов без предъявления им конкретных обвинений. Методы, применяющиеся военнослужащими многих стран в ходе локальных и крупных вооруженных конфликтов по отношению к пленным и просто подозреваемым в симпатиях к противнику, превосходят порой жестокостью и издевательства над людьми в нацистских концлагерях. При международном расследовании подобных прецедентов слишком часто вместо объективности можно наблюдать двойственность стандартов, когда военные преступления одной из сторон полностью или частично замалчиваются.
Наступит ли эра нового Просвещения, когда пытки будут, наконец, окончательно и бесповоротно признаны позором человечества и их запретят? Пока что надежд на это мало…
